«Да потому что ты все равно бы ничего не сделал, герой», — отрезвил меня внутренний голос. Само собой я с ним соглашусь, просто моя халатность докучает все больше. Это несерьезно.
Я распотрошил тушку и обмазал ее. Правильное умение приготовления дичи при помощи костра и глины требует внимания к определенным компонентам: температуре, расстоянию между «коконом» и пламенем, толщине слоя глины, самой форме. Если человек в совершенстве знает каждый нюанс — перед его блюдом не устоит сам царь кримтов Гол-Горон .
Неправильному шару я придал продолговатую форму, сильно сужающуюся по краям. Получилось нечто вроде скалки с двумя ручками. Благодаря этому я смогу удобно расположить формочку на рогатках. Что я и сделал, после того как вставил ветки в вырытые ямки и утрамбовал их землей. С помощью фикии я примотал глиняный кулек к ветвям и сделал шаг назад.
Остались последние крохи зиалы и они потратились на Огненную Струю. Расположив кисть сбоку от своей «жертвы», я активировал заклинание. С угрожающим гудением пламя укутало птицу в свои объятия, облизывая глину как ребенок мороженое.
Долго я не продержался — зиалис опустошился подчистую. Времени хватило ровно столько, сколько нужно, чтобы не отплевываться от отвращения к приготовленному блюду. Глиняный сверток слегка потемнел и неторопливо исходит паром. Я опрокинул изделие на небольшой камень, дождался, когда оно остынет, затем высвободил перепела из глиняного саркофага ударом другого камня. Форма разбилась, как упавшая ваза; жар с нетерпением вырвался наружу, обдавая ноздри изумительным ароматом. Сочная тушка истекает шипящим соком; она так и просится в рот. Отказать в последнем желании птицы я не могу. Меня не остановило отсутствие пряностей или хотя бы соли — уж чересчур соблазнительным вышел завтрак.
Восстановление магической энергии в полевых условиях — дело повышенной ответственности. Перед тем как приступить к процессу, следует удостовериться, что поблизости нет никого, кто мог бы помешать, например, легким тычком или убийством. Очень много молодых и неопытных магов уповали на удачу и окончили жизнь таким трагичным и нелепым образом. Беспечные, они находились в глубоком трансе и были лакомой и легкой добычей не только для гойлуров и разбойников, но и для простых хищников. Случалось, что смерть заставала их в лице гестингов. Но исключительно в тех случаях, когда речь шла о юге материка, близ Мергезен'Тала .
Совершать ошибки пройдох я не желаю, у меня своих выше крыши. Местность здесь спокойная, чистая, ни леса, где может затаиться гойлур, ни холмов и ложбин, скрывающих троллей. До Караванных Трактов далековато, посему неожиданных разбойников ждать не стоит. Гестинги сюда уж точно никак не заберутся.
Успокоившись, я занялся восстановлением зиалы. Пока еще уровень мастерства не позволяет мне «высасывать» энергию прямо из воздуха в лучших традициях могущественных чародеев. Как, например, Михоран — отличный образчик и ориентир, неизменно напоминающий, что мне еще расти, расти и расти. И искоренять в себе зависть…
В Академии случалось, что на занятия некоторые студенты могли прийти с пустым зиалисом. По большей части это были любители выпить, нашедшие повод отметить какое-нибудь событие. Я тоже позволил себе приползти на урок, что называется, «голым», но виновником был отнюдь не алкоголь. Я до такой степени засиделся допоздна, зубря теорию Магии Ветра, что к утру у меня не хватило сил для восстановления. Был и еще один случай, но о нем вспоминать не хотелось бы… Преподаватели постоянно ругались за излишне небрежное отношение к себе и не уставали твердить одни и те же постулаты.
Лейн Симитор, преподаватель одиннадцати меморандумов мага, отличался ретивым нравом и ярым отношением к своему предмету. Он был строг, но строгость его была обоснована. Кажется, я не смогу припомнить кого-либо более педантичного и требовательного. Если он замечал, что студент явился на пару пустым, то аудитория содрогалась от пронзительных визгов лейна Симитора. Да, к подобным явлениям он относился очень пылко:
«У вас совесть вообще есть или нет?! Вам Боги предоставили неограниченные запасы магического топлива, а вы, разгильдяи, ленитесь лишний раз восстановиться! Если не уважаете себя и ваших преподавателей, то проявите почтение к зиале, которая, гестинги вас подери, хорошенько изменит вашу жизнь!» — захлебывался он. Его формулировку использовало большинство преподавателей; они лишь немного меняли выражения, обращения и недовольства, интерпретируя под свой нрав и степень гнева.
Я расстелил плащ на плоском, как козырек, камне. Сидеть на нем комфортно — он порядочно нагрелся под солнцем. Прежде всего следует освободиться от всех мыслей, изгнать их точно бродячих собак со двора. Нужного состояния при должной сноровке можно достичь и за пару минут. Когда весь мир сереет, в ушах закладывает, становится плевать на все творящееся вокруг, пора переходить к следующему шагу — принятие позы. Строго в такой последовательности, иначе положение не даст очистить помыслы. Мало просто сесть и скрестить ноги для более интенсивной циркуляции зиалы по всем торным и неторным тропам организма. Ладони играют ключевую роль — они служат шлюзами, пускающими энергию внутрь. Пальцы сами сплелись в фигуры, я почувствовал, будто во мне натянулась тонкая струна, готовая лопнуть при малейшем неосторожном движении. Надо оттолкнуть внешний мир и уйти в себя, в само нутро, глубоко дыша и словно погружаясь все глубже в эту уютную темноту…