— Вот она наша родимая казарма. Тут мои бойцы! — не без гордости сообщил Хомт.
— Они что, невидимые? — на территории я никого не увидел, отчего и решил поинтересоваться.
— Они прошто отсутствуют, шынок. Работы нет, денег на содержание и жалование — тоже. Все ребята ушли в города, где водится более крупная рыба. Но они обещали вернуться и просили не ишключать их иж рядов маленькой армии Малых Пахарей!
— Да уж. Какие перспективы в загибающейся деревушке? — поддержал староста.
— Оштавил самых верных и ответштвенных.
Я еще раз посмотрел на краснющие носы солдат и промолчал.
Мы прошли через длинное помещение казармы; в самом конце имелась комната. Хомт величал ее своим кабинетом. Она была обширной и пропахла луком, потом и табаком. Охрану отпустили; ребята, невзирая на жару, решили размяться и потренироваться во дворе. Скорее всего, для внушительности. Или под предлогом, чтобы укрыться в тени и засесть играть в какую-нибудь настольную игру, разбавляя азарт пивом.
Наша компания уселась за столом; староста протянул руки, держа их замочком.
— Здесь мы можем не волноваться за чужие уши, нас никто не услышит. — Тон человека, которому внезапно полегчало. — Итак, сегодня у моей дочурки день рождения.
— Ага! Гулять будем дней пять точно! Во благодать! — обрадованно провозгласил Хомт.
Губы Фидла сжались в тонкую линию, но он терпеливо продолжал, не обращая внимания:
— Но вот в чем незадача: нас постоянно атакуют мерги, что живут на болотах поблизости. Никакого покоя нет!
— Что? Как они вообще сюда забрались? Их же родина на северо-западе королевства, где болот как землежоров на городском поле!
— Вот и нам непонятно. Но это ладно. Самое отвратительное, что они появляются только во время празднеств, когда все пьяные и не могут защититься должным образом или уже просто не в состоянии. Это невероятно! Вроде бы они не такие и умные, чтобы точно подгадать момент, но действуют всегда как будто по расписанию.
— О, так это я вам хоть сейчас помогу: не пейте, не гуляйте, защищайтесь, тренируйтесь. Вон у вас форт какой! А бугаев по деревне? Одного Бурея ночью с мергом спутаешь!
— Да нельзя нам! Сглаз наложен на деревню! Кто три дня не отгуляет по случаю праздника — жди беды! Скотина помрет, неурожай будет, а то и из родни кто к Знакам отправится, упаси Сиолирий. Так и живем, гуляя всякий раз как последний. Народ у нас дружный, в обиду не дается. Сам на гулянку придет, но и не забудет позвать других, а пахари и не прочь. Торт печем из муки нашей знатной — тоже обязательная часть. Это наш герб . Дань традициям. Но, — староста развел руками, — традиции эти ни к чему хорошему не приводят. Иной раз со стороны леса покажутся, то один, а то и полдюжины. Когда и нападут, когда просто посмотрят да обратно уйдут.
Хомт поддержал тираду друга:
— А соколики мои тоже нанятые, но эти хоть за казенные деньги содержатся, все чин по чину. Мы-то одно время пробовали своих поставить на защиту и даже отпор давали! А недуг брал и настигал ребят за то, что не присутствовали на празднестве. Ребят распустили, и пошли на крайние меры — просьба людей у королевства.
— И те согласились, — подхватил староста, — здесь больше двухсот человек, недалеко от Энкс-Немаро. Положено.
— А мерги чумовые, это да!
— Странно… Никогда о таком не слышал… В принципе, умом мерги не блещут, гойлуры и те сообразительнее будут… Что, прям в одно и то же время лезут, да?
— Все верно, Трэго. Будто ими специально кто командует, потому как лезут они на нас, как я говорил, с завидным постоянством тогда, когда мы не в силах отразить атаку. Будто выжидают удобного момента.
— Во-во, гады поганые! Десерт хоть бы раз нормально шъешть, торт-то! Нет же, надо опортачить весь праздник, мешки ш навозом!
Осознав ситуацию, я нахмурился.
— То есть вы хотите, чтобы я сегодня охранял вас, в то время как вы будете пить?! Почтенные белы, вы за кого меня держите?
Староста покраснел, а беззубый Хомт снова ввернул блистательную шутку, граничащую с отчаянием:
— За людей наших мы тебя держим! Коли не они — гулял бы ты на все четыре стороны!
— Мы хотим, чтобы ты помог нам разгадать эту тайну.
— Какую из? — уточнил я.
— Так-то было бы ждорово, реши ты все проблемы! — нашелся Хомт.
— Ага, может, мне еще остаться у вас и начать принимать роды, обучать детей, дам ваших до дому провожать? — я не остался в долгу.
Староста неодобрительно зыркнул на своего друга. Видно, что он разделяет его мнение, но говорить это в лобовую — неудобно.
— Понимаете, Трэго, деревушка и так представляет из себя невесть что, да еще и с такой нехорошей закономерностью нас вообще в скором времени не останется! Мы, можно сказать, в клешнях — и праздник изволь устроить, чтобы на семью проклятия не было, и мергам отпор попробуй дать! Нам очень тяжело! Что за злая шутка богов?
— Ну вот вы говорите, что много магов тут было… — задумчиво проговорил я, — или у вас студенты и проходят?
— Студенты… Один раз…
— Да-да-да, ага, помню! Прибыл тут к нам… Маг! — последнее слово Хомт произнес с такой ненавистью, как будто от одного его произношения начинало смердить. — Показал одной нашей заклинание, ха-ха! Как жа пятнадшать минут матушкой штать!
Я проигнорировал его.
— И что? Неужто никто ничего не смог решить или помочь вам? Как такое возможно?
— В том-то и дело, что нет! Каждый раз мы просим волшебника остаться, и каждый раз все они бессильны. Как бы ни убивали мергов, как бы ни выжигали их обиталища — хоть бы хны. Они все идут и идут. У нас уж не хватает терпения!